За гранью души Марины Цветаевой

В таком формате спектакль в Орске поставили впервые. Удалось это сделать благодаря Союзу театральных деятелей России и гранту, который выиграла актриса Екатерина Манаева. Она давно мечтала создать нечто подобное, рассказать зрителю о нелегкой и не всеми понятой судьбе поэта Марины Цветаевой. Нашелся и человек, поддержавший актрису, – Оксана Дерова, руководитель театрального отделения ДШИ № 4.

По сценарию Екатерина и Оксана играли роль Цветаевой. Причем у каждой была своя задача. Через пылкую и строгую Манаеву зритель видел, с каким надрывом жила поэтесса, какие душевные порывы ее терзали. А вот Дерова показала совсем другую Марину Ивановну – с массой психологических проблем, берущих свое начало в детстве. 

Большой стол, за которым разворачивалось действие, был накрыт на шестерых. Именно столько человек пригласили принять участие в камерной постановке. Мерцали свечи, где-то наверху горела приглушенно лампа, укутанная желтым абажуром и сетью. За основу было взято последнее стихотворение Цветаевой «Я стол накрыл на шестерых». С него начали. А потом посыпались знакомые строки других произведений автора. И всем шести зрителям хотелось повторять то вслед за Оксаной, то за Ектериной знаменитое «Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес». Причем зрители не просто смотрели спектакль, что называется, глаза в глаза, они в один момент стали его безмолвными действующими лицами: передавали кольцо из рук в руки, а потом картошку. Последняя символизировала детей Марины Цветаевой, в частности дочь Ирину, умершую в приюте от голода. И вот тут актрисы показали тот самый надрыв в душе поэтессы, которая эту трагедию переживала достаточно тяжело. А красная нить и плоды рябины, появившиеся на столе под занавес постановки, являлись символом жизни и смерти самой Цветаевой. 

– В каждый элемент сервировки стола и обычного реквизита мы старались привнести именно символизм. Те же тарелки были иконами, а клочки розовой бумаги, которые были поданы зрителю как клафути с розовой малиной или шадо с розовым вином, своеобразно отсылали к наклонностям поэтессы. Нам важно было передать все это не пошло, а преподнести так, чтобы зритель понял все грани души поэта. Отсюда и название, – говорит Екатерина Манаева, автор идеи, актриса и режиссер. 

И если Манаева мечтала поставить спектакль о Марине Ивановне, то Дерова – нет. Ей Цветаева далась не сразу. Для этого пришлось несколько раз перечитать ее произведения, биографию и дневники.

– В начале спектакля я играю роль матери поэтессы, – рассказывает Оксана. – И вот тут во мне все ломается, потому что в моей жизни была немного похожая ситуация. У Цветаевой, по сути, не было детства: она постоянно чему-то училась. Отсюда дальнейшие психологические проблемы. Когда я говорю за ее мать, мой голос дрожит. Я пропускаю все через себя. 

– А насколько сложно было показать характер Цветаевой? – спрашивает «ОХ».

– Очень трудно, поскольку он постоянно менялся, поэтесса действительно всегда ходила по грани, – отвечает Оксана.

А вот Екатерине – легко. И тем не менее все эти грани двум актрисам удалось раскрыть в полной мере. Зрители аплодировали стоя.