Птицефабрику "Уральскую" "ножки Буша" уже не затопчут

Что такое сельское хозяйство сегодня? Пара держащихся каким-то чудом на плаву совхозов. Спивающиеся сельчане. Убыточные акционерные общества. Фермеры-камикадзе, пытающиеся в одиночку собрать богатый урожай. Одним словом, деревня. Уничижительный оттенок присутствует неспроста. В деревню сейчас невыгодно вкладывать деньги. Хлопотное, непредсказуемое, как погода, сельское хозяйство требует не только немалых материальных вложений, но и постоянного внимания, что называется, рачительности. Целевого, адресного, предельно конкретного. В этом смысле судьба птицефабрики "Уральской", расположенной в Гайском районе, демонстрирует сейчас наиболее приемлемый путь выживания сельского хозяйства в целом.Конечно, для любого возрождения сегодня необходимо главное – регулярная и полноценная финансовая поддержка. Но подобное доверие тоже надо заслужить. В первую очередь – производственными мощностями, кадровым потенциалом. И здесь наследство крупнейшей в регионе птицефабрики, доставшейся новым собственникам в лице «Русской продовольственной компании», входящей в Группу «Разгуляй-УКРРОС», просто неоценимо.

БЫЛОЕ ПРОЦВЕТАНИЕ

Фабрика "Уральская" – миллионник. Полтора миллиона птиц, семь миллионов цыплят – таково было хозяйство фабрики в самые лучшие ее времена. Предприятие в те годы было не просто в хорошем, а в отличном состоянии. Рентабельность составляла почти 96,2 процента. И для села тех времен цифра запредельная, что уж говорить о дне настоящем. Все это позволяло фабрике гордо именоваться градообразующей. Птицефабрика "Уральская" вслед за горно-обогатительным комбинатом определяла уровень жизни гайчан. Авторитет среди местных завоевывался крупными вложениями в развитие инфраструктуры города. На долевых началах строили водовод, молокозавод, автовокзал. Работала подшефная школа. Заселялись многоквартирные жилые дома в Гае, квартиры в поселке Камейкино, где находилось несколько фабричных цехов. Дети сотрудников ходили в свой детский сад. Все это было.
И здесь необходимо отметить, что прекрасное настоящее и не менее радужное будущее птицефабрике обеспечивало государство в лице Министерства сельского хозяйства, курирующего эту производственную область особенно пристально. Дело в том, что до 70-х годов в стране практически отсутствовало мясо птицы. Наверняка многие помнят еще синеватые хрящики, обтянутые прозрачной кожицей, сиротливо лежащие на прилавках продуктовых магазинов. «Курица обыкновенная», обглоданная еще при жизни, никак не тянула не то что на товарный вид (кто про него тогда задумывался), а на более-менее приемлемое качество. Ведь мясо яичной птицы (а именно ею кормились соотечественники) в пищу непригодно по определению. Оно изначально предназначено для промышленной переработки, получаемая костная мука добавляется в корм птице, и так по кругу. Но кому-то из вождей, видно, надоело глодать остов куриного скелета, а может быть, взбунтовались пациенты гастроотделений, требующие нормальную диетическую кухню.
Выяснять причины возникновения судьбоносного постановления партии и правительства от 1972 года «О развитии мясного птицеводства», поставившего производство бройлеров на массовый поток, можно до бесконечности. Но, тем не менее, конечная цель приказа – довести объемы производимой продукции до 10% в структуре мяса всех видов – была за очередную пятилетку достигнута. По традиционному принципу «Партия сказала: надо» началось строительство бройлерных птицефабрик. В Оренбургской области таковых построили две – в областном центре и восточном Оренбуржье, в пригороде Гая. Область, входящая в категорию «вывозящей», поставляла свою зерновую, животноводческую продукцию во все республики бывшего Союза. В те времена не задумывались о заказчиках. Анадырь, Находка, Уссурийск, Саха-Якутия. Санатории, профилактории, больницы. Приходили наряды с точным указанием места следования продукции. Через банковскую систему перечислялись деньги на счета птицефабрики. Никто о плохом и не помышлял. Государство дотировало фабрику на две трети! Только развивайтесь. Со спокойной душой поэтому занимались совершенствованием производства. Принимали профессуру из Всесоюзного научно-исследовательского института технологии. Собирали представительные совещания, обсуждая характеристики племенного яйца… Начальство устраивало разнос за снижение среднесуточного привеса кур. Каждый грамм был буквально на вес золота. Как вспоминают ветераны, птицепром той страны был выведен на высокий уровень по технологии, организации, управлению.

ПАДЕНИЕ

Обрушилось все в один миг. Внезапное уничтожение централизованной системы снабжения повлекло за собой дефицит оборотных средств, неплатежи потребителей. Вскоре и гром грянул – пени и штрафы по платежам во много раз превысили выручку от реализации. С октября 1995 года птицефабрика встала окончательно, так как не стало рынка реализации. Основные дебиторы – Сибирь, Дальний Восток – отказались от услуг фабрики. Но полностью исчезли заказы с появлением на рынке пресловутых «ножек Буша». А внутри области мясо птицы традиционно потребляли мало, тем более и цена стала иметь значение (притом, что она гораздо выше стоимости американских окорочков), и говядина со свининой более популярна у народа. 800 человек, некогда работающие на фабрике, были вынуждены искать себе другое место. Акционирование положения не спасло. Наоборот, лишь подстегнуло процесс развала. Цены на энергоносители, газ, воду зашкаливали за все возможные пределы. Что говорить, если только платежи за энергию забирали 8-10 % общей себестоимости. Корма – отдельная песня. Дорого зерно. Кормовые добавки, хоть и занимают в общей массе одну четверть, дороже самого чистейшего зерна в два-три раза! А бройлер – птица прихотливая, малейшее отклонение от нормы может привести к общему краху.
Но дело стоит «выеденного яйца», так как при правильно отлаженном механизме работы птицеводство крайне выгодно. Ведь были же времена, когда на рубль затрат приходилось по 2 целковых выручки. Поэтому интерес к фабрике и у прежней власти, и у нынешней был всегда. Другой момент, что ни у кого заинтересованность дальше слов не шла. Еще Елагин в бытность своего губернаторства выходил к крупным коммерческим структурам с предложением инвестировать Уральскую птицефабрику. Намечались партнеры из Израиля, Америки, отечественного Союзконтракта. Дважды руководство фабрики встречалось с Черномырдиным. Тот тоже что-то обещал. Местная районная власть на общем фоне вообще была бессильна что-либо изменить. Глава администрации Гайского района Николай Боганин рассказал, что после того, как российское законодательство запретило местным органам самоуправления вмешиваться (пусть даже и с благой целью) в деятельность акционерных обществ, стало вообще худо. А на фабрике между тем ничего не менялось. Удавалось только поддерживать в рабочем состоянии площадку в поселке Камейкино, здесь жизнь еще каким-то образом теплилась. Но основная производственная площадь, где сосредоточено 80 процентов потенциала, замерла на целое десятилетие.

ВОССТАНОВЛЕНИЕ

Единственное, наверное, с чем фабрике повезло в то трудное время, так это с директором. Иван Андреевич Вакуленко родился и вырос на нашей орской земле, работает на птицефабрике практически с самого дня ее основания. Директорствовал в самые трудные годы, оберегая то, что осталось. «Выживание на принципах самопоедания, - так характеризует то время Иван Андреевич. – И нашу безвыходность понимали все сотрудники, без ненужных боев люди увольнялись, находили себе иную работу. Оставшиеся делали все, что в их силах, чтобы сохранить птицефабрику. Здесь не найдешь раскуроченных цехов и оборудования, фабрика в принципе готова в любой момент принять многотысячное бройлерное семейство. Единственное – нужен грамотный хозяин, способный проинвестировать производство и добиться безубыточной работы предприятия, что очень реально».
Судя по всему, это хорошо понимают и новые будущие собственники птицефабрики "Уральской". «Русская продовольственная компания» пришла на фабрику минувшим летом. В результате соглашения между губернатором области Алексеем Чернышевым и президентом Группы «Разгуляй-УКРРОС» Игорем Потапенко инвесторы получили все полномочия по овладению и управлению птицефабрикой. «Наши планы реальны, – говорит генеральный директор «Русской продовольственной компании» Алексей Козлов, - возродить весь комплекс, провести модернизацию оборудования, в полной мере освоить рынки сбыта. Словом, наладить на птицефабрике нормальный производственный процесс. Уже разработана программа восстановления, в соответствии с ней определены основные направления развития птицефабрики. С приходом нашей компании развитие получает сначала площадка в Камейкино. Там подготовительные работы уже началась. В действии родительское стадо, молодняк. Приступают к делу птичники. Вскоре появятся первые яйца, инкубаторы для них на фабрике есть. К 2002 году уже планируется произвести 1200 тонн мяса бройлеров. Кроме этого, началось погашение долгов, кредиторской задолженности накопилось около 18 млн. рублей. В зависимости от денежных вложений будут в конечном итоге определяться темпы развития. А надо ни много ни мало - 100 миллионов рублей, так как мощности птицефабрики слишком велики, чтобы обойтись разовыми вложениями. Только производственные фонды оцениваются в 107 млн. рублей. В качестве наглядного примера: птицефабрика по своему потенциалу и мощи равна десяти полноценным совхозам!».

Обсудить материал

Комментарии

Последние новости

Мнения