«Они сами бросаются в глаза». Галина Шестова о том, как стала корректором «Хроники»

Мы говорим 8 марта – подразумеваем Международный женский день. Но восьмого числа отмечают свой профессиональный праздник и корректоры – люди, которые сражаются с ошибками. О работе этих «бойцов невидимого фронта» рассказывает Галина Шестова. Она полтора десятка лет следила, чтобы в «Хронике» все было правильно.

Когда-то Галина Владимировна хотела стать учителем русского языка и литературы. В 1979 году поступила в Орский пединститут на филологический факультет. Окончила его с отличием и по распределению поехала в совхоз «Комсомольский», Адамовского района.

– Преподавать мне нравилось. Там же в совхозе и замуж вышла, – делится наша героиня. – Затем вернулась с семьей в Орск, где один за другим появились два сына. Начались девяностые. Жизнь стремительно менялась. Скажу честно, никогда не думала о профессии, которой в итоге отдала потом почти три десятка лет. Но поступило предложение из газеты «Позиция». Я засомневалась, а меня успокоили: главное – знать язык. И зимой 1991 года я переступила порог редакции.

Галину Шестову приняли сразу выпускающим редактором. Корректура тоже входила в ее обязанности. И если сейчас процесс подготовки газеты к печати полностью компьютеризирован, а работать с текстом – править, оформлять – гораздо легче, тогда все было иначе. В то время корректоры вычитывали тексты, набранные в типографии. Вносилась правка, потом изготавливались пленки, а из них макет газеты. Его вычитывали еще раз. Чего-то не заметил, так и шло в печать.

В «Хронику» Галина Владимировна пришла в начале двухтысячных. Проработала до 2020 года, от нас и ушла на заслуженный отдых.

И вот сегодня мы сразу задали самый главный вопрос: почему в газете все-таки проходят ошибки?

– Ну уж точно не специально! – смеется собеседница. – В редакции не читаешь неспешно материалы в строгом порядке. Информации всегда очень много, а время поджимает. К концу дня устаешь, снижается внимательность. Правки могут вноситься в последний момент, иногда уже после твоей читки. А потом в номере сюрприз. Неприятный.

– А каких ошибок больше всего боится корректор?

– И больших, и маленьких. Текст должен быть безупречен – вот наша цель. Ошибки в заголовках, фамилиях особенно расстраивают. Порой не хочешь искать недочеты, но они сами бросаются в глаза.

– А курьезы случались?

– Да почти каждый номер. Сколько было забавных опечаток! Но почти все мы успевали выловить. Как-то позвонили: мол, у вас ошибка в заголовке, в слове «мошенники». Я похолодела и бросилась проверять. Оказалось все нормально. Спрашиваю, в чем дело. В ответ возмущенное: «Вы что! Надо писать мошейники!». Посоветовала заглянуть в словарь. С появлением компьютеров многие свято уверовали в автоматическую проверку орфографии. Однако у меня такое ощущение, что у корректоров сегодня работы становится все больше. Думаю, и искусственный интеллект нас тоже не скоро заменит, да и заменит ли...

– Какие качества необходимы корректору?

– В первую очередь знание языка, внимательность, ответственность, широкий кругозор. Еще нельзя быть самоуверенным. Я не ленилась заглядывать в справочники.

Галина Владимировна считает, что она всю жизнь проработала по специальности – с русским языком.

– Никогда не хотелось все бросить. Случалось всякое, но это рабочие моменты. Люблю, когда все по правилам, – подытоживает она.

На заслуженном отдыхе Галина Шестова помогает воспитывать внука-первоклассника. Занимается цветами. Разбила перед домом, где живет, цветник. А еще она читает. Расслабиться помогают детективы и триллеры. На вопрос, не надоело ли, смеется: «Нет! Корректорская читка и чтение для удовольствия – две большие разницы».

Валентина Николаева. Фото из архива «ОХ»