Что мы делаем не так

В последние месяцы тема домов, оставшихся без управляющих компаний, стала по-настоящему горячей. Это для СМИ. А вот жильцы как раз-таки мерзли: без отопления, горячей воды и прочих коммунальных услуг. Иногда в разгар зимы. «ОХ» почти каждую неделю писала об адресах, где авария за аварией, а к решению проблем привлекался даже глава следственного комитета России. 

Все, кто читал о мытарствах жильцов таких проблемных домов, сходились в одном: надо что-то делать. Только вот что, не знает, похоже никто. 

Пожалуй, это был вопрос времени – то, что рано или поздно рванет в прямом смысле. И вот сами изношенные коммуникации будто бы поставили вопрос ребром: надо менять. Только когда дело касается систем теплоснабжения, крыш, ремонта несущих конструкций, речь идет о сотнях тысяч. Где их взять? В самом уязвимом положении – малоэтажные старые дома, общежития, аварийные и ветхие строения, которые ждут расселения. Практика показывает, что этот период может затянуться на годы. И сколько зим придется встречать с тревогой тем, кто там живет? Управляющие компании – это коммерческие организации, они работают ради прибыли. Зачем им здания, от которых одни убытки, а еще риск миллионных штрафов, если не дай Бог какое-то ЧП? Ситуация патовая. 

Если заглянуть в Интернет, то Орск окажется в числе городов, где проблема особенно обострилась. У нас без УК каждый десятый дом. Почти тысяча осталась без управления в Челябинске. Но есть города, где такого нет. Почему так происходит – большой вопрос. Что мы делаем не так и какой секрет знают другие?

На днях депутаты приняли самое очевидное и предсказуемое решение по этой теме – подняли тарифы, чтобы привлечь хоть кого-то заняться такими домами. Однако многие сомневаются, что оно возымеет положительный эффект. Объяснение прозвучало и на страницах нашей газеты. Руководитель одной из управляющих компаний сказал, что самое слабое звено – собираемость платежей. Попытки действовать на должников законными методами зачастую ничем не заканчиваются. Денег у них нет. А единственного жилья человека лишить невозможно. Выселить в меньшее или худшее? Ну и куда дальше-то, если он и так живет в общежитии или доме, который трещит по швам? Так что можно голосовать за любой тариф. Но итогом, скорее всего, станет только увеличившая цифра в графе «Задолженность», а не средств на счету дома. 

Когда размышлял об этой проблеме, всплыл в памяти один анекдот. Да не простой, а исторический. Наш прославленный баснописец Иван Крылов человеком слыл эксцентричным, о нем до наших дней дошло много забавных историй. Иван Андреевич снимал квартиру, и хозяин дома дал подписать ему контракт, а в нем черным по белому про осторожность с огнем. Если же по его вине случится пожар и дом сгорит, то писатель будет обязан заплатить 60 тысяч рублей. Сумма по тем временам колоссальная. Крылов ответил: «Я на все согласен, чтобы вы были спокойны, но добавлю еще два нуля к 60 тысячам. Для меня это все равно… Так как я не смогу заплатить ни ту, ни другую сумму». 

Кто виноват и что делать? Вечные вопросы. В проблеме брошенных домов слишком много слагаемых и нюансов, чтобы она сдвинулась с мертвой точки увеличением тарифов. Все-таки хочется услышать и про другие варианты решения. Один из них – создание муниципальных УК или своеобразных «кризисных» компаний, которые бы выезжали на коммунальные ЧП, чтобы администрации не приходилось просить частников заняться каким-либо домом, а его жильцы не спали в куртках потому что батареи не огонь, а лед.