Разместить рекламу возможно по телефону:
(Viber или Whatsapp) 8-922-87-26-626

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ…

Мы много говорим и пишем о работе правоохранительных органов. Между собой чаще всего ругаем, в том числе и суды, которые слишком лояльно, на наш взгляд, относятся к правонарушителям и преступникам разного рода. Милиция, мол, ловит, а они отпускают на свободу. Не берусь быть арбитром в этом споре, хочу лишь поделиться с читателями собственными наблюдениями, которые, на мой взгляд, достаточно объективно отражают реальное положение дел. Утверждать подобное позволяет тот факт, что в течение двух недель мне довелось работать в качестве народного заседателя в народном суде Советского района, что позволило увидеть правоохранительную "кухню", как говорится, изнутри. Рассматривая по большей части уголовные дела, связанные со сбытом наркотиков и кражами, довелось наблюдать не только за поведением преступников. Увидела и то, как работают прокуроры, адвокаты, милиция. Отношение ко всему сложилось неоднозначное. Почему? Судите сами.ПРЕДИСЛОВИЕ
Каждый день начинался с того, что все мы, участники процесса, собирались воедино. По разным причинам кто-то (чаще это были свидетели) опаздывал и процесс не всегда начинался в назначенное время. Когда все было готово, секретарь суда приглашала нас в зал. Их в здании суда три. Один расположен в подвале, окна - на уровне глаз. Возникало ощущение, что я - в одной из камер Петропавловской крепости (в других, слава Богу, бывать не приходилось), отчего уже чувствовалось ограничение свободы.
Судья в мантии и два народных заседателя под привычное для служителей закона "Встать, суд идет!" занимают свои места.
Судебное разбирательство начинается с опроса свидетелей, затем опрос подсудимого и дальше - по заведенному порядку. Суд мог длиться с утра до обеда, но, бывало, заседали и по три дня. А потом - "Суд удаляется на совещание".
При вынесении приговора с профессиональной и чисто человеческой точек зрения меня интересовала реакция подсудимых: ведь суд лишает свободы. Пыталась представить себя на их месте и всегда становилось жутко. Что же творилось в душе каждого из них - остается загадкой. Внешние же проявления были различны, но паника, слезы - редкость.

ПРЕСТУПНИКИ
Они были разные: прожженные, со стажем и совсем молодые. Совершили разные преступления и по-разному вели себя в суде.

Самым матерым был Ч. 38 лет от роду, по кличке "Чика". На его счету четыре судимости. Последние восемь лет получил за изнасилование несовершеннолетней.
И вот новое преступление: задержан работниками милиции за сбыт героина. Он сам признался на суде, что прошел огонь, воду и медные трубы. Его жизнь - уголовный мир и зона с ее неписаными законами. Впервые "Чика" сел, когда ему было 16 лет. На отсидке доучился, окончив девять классов. Четыре-пять лет - самый большой срок между "ходками". На суде вел себя с достоинством бывалого уголовника, мол, что вы знаете о жизни. Не искал сочувствия и не вызвал его. Говорил довольно складно, защищал себя умело. Сказывались опыт и знание законов. Обвинение в сбыте наркотиков не признавал, постоянно повторяя, что хранил их в доме для собственного употребления.
Задержан "Чика" был работниками милиции ЛОВД на ст. Орск в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий. Переодевшись в гражданское, пришли вечером к нему, объяснили, что они по поручению ребят с "пятерки" (из Новотроицка), положили на стол 600 рублей, предложив продать героин на "общаг". Товара на тот момент было в доме только на 400 рублей. Его и вынесла из другой комнаты сожительница "Чики". В этот момент продавцы были задержаны. Сожительница, признанная медиками психически больной, что скорее всего стало следствием постоянного употребления наркотиков, ушла от уголовной ответственности: ей было назначено принудительное лечение. А вот "Чика" предстал перед судом.
Следующее дело слушалось также по обвинению в сбыте наркотиков. Но на этот раз на скамье подсудимых - 24-летняя девушка.
Многодетная семья - четверо детей, отец семью давно бросил, мать умерла полтора года назад, трех сестер и младшего брата воспитывает бабушка. Свое пристрастие к наркотикам Катя объяснила смертью матери - это событие она тяжело переживала, успокоение нашла в героине. Ну а поскольку он на дороге не валяется, пришлось искать продавца. И нашла. Некая С. предложила заняться сбытом, а расчет за работу - доза для личного употребления. Типичная в общем-то история. И ужасная своей типичностью. Проводя по постановлению прокурора обыск в доме Кати, работники милиции нашли 0,14 грамма героина. Самый сильный наркотик, поэтому сбыт любого его количества квалифицируется как тяжкое преступление. Отсюда и суровость наказания. Судебное следствие по этому делу велось три дня. Катя не признавала себя виновной, отказалась от своих же показаний, данных в ходе предварительного следствия. Было видно, что она напугана. Глаза бегают по залу, речь несвязная, сбивчивая. Не будучи сильна в законах и имея небогатый опыт судебных дел (попавшись в первый раз за сбыт наркотиков, была освобождена от наказания по амнистии в честь 55-летия победы в Великой Отечественной войне), Катя металась от неправды к правде. Она надеялась и на свидетелей, которые на предварительном следствии показав, что покупали у нее наркотики, на суде отказались от своих показаний. Как выяснилось впоследствии, им удалось сговориться в ходе случайной встречи в КПЗ.
Невысокого роста, выглядевшая меньше своих лет - совсем девчонка, как загнанный в клетку зверек, Катя вызывала сочувствие. Было видно, что она еще не растеряла тех качеств, которые делают человека человеком: смерть матери действительно была для нее сильнейшим ударом, рискуя собственной свободой, пыталась выгородить сестру, тоже употреблявшую наркотики. В конце следствия она все-таки признала свою вину, раскаявшись в содеянном, что и было учтено судом при вынесении приговора. Но при мысли о том, сколько людей, в том числе таких же молодых, как она, стали жертвами ее промысла, сколько горя она принесла другим, от чувства жалости не оставалось и следа. И наконец, еще один тип преступника - мелкий воришка. Получив однажды 2 года за кражу с отсрочкой приговора, второй раз попав за такое же преступление под амнистию, он совершает третье преступление. При этом четко отслеживает, когда можно идти на новое дело, не отягощая своей вины совершением преступления в период действия предыдущего наказания.
Свою вину 25-летний подсудимый признал частично, похищенное было возвращено владельцам, поэтому судебное разбирательство не было сложным. Но оно вскрыло ряд других моментов, о которых речь пойдет ниже.

СУД И МИЛИЦИЯ
Работа судьи - дело непростое. Находясь на страже закона, нельзя быть мягкотелым. Но при этом не стоит забывать, что судишь прежде всего человека. Это потом, после вынесения приговора, он становится преступником. А ведь может им и не стать. А если и станет, то пойдет ли на пользу наказание или оно породит очередного рецидивиста? Не знаю, много ли судей задаются в процессе работы такими вопросами. Может быть, только меня, дилетанта, волнуют нравственные категории, а для большинства судей все уже давно определено и нет полутонов, а есть только черное и белое? Может быть, иначе и не должно быть: как выносить приговор, если остались сомнения? Но все это - из той области, где нет уголовного, административного, гражданского, уголовно процессуального и иных кодексов, где нет статей и параграфов. А там, где все это присутствует, идет кропотливая, выверенная, взвешенная, порой изнурительная работа. В ходе судебных разбирательств неоднократно становилась свидетелем того, как судье приходилось выходить из непростых ситуаций.
Суды нередко обвиняют в том, что они отпускают на свободу явных нарушителей закона или дают слишком мягкие приговоры. Сетует на это не только общественность, жалуются и работники милиции: мы столько сил, времени тратим на поимку преступника, а нет никакой гарантии, что он не уйдет от наказания. Доля истины в этом, скорее всего, есть. Но посудите сами. Ведется судебное разбирательство по делу о сбыте наркотиков. Подсудимый - "Чика", тот самый, о котором мы говорили выше. Преступник со стажем, рецидивист. Казалось бы, все ясно - пойман с поличным, можно дать на полную катушку. Но… Следственно-розыскные мероприятия проведены так небрежно, свидетели - оперативники отдела, их проводившие, вначале не являются на суд, а явившись, дают такие путаные показания, что приходится исключать из документов предварительного следствия один эпизод за другим, как недоказанные, хотя при этом сомнений в том, что подсудимый действительно представляет опасность для общества, - нет. В результате - приговор слишком мягкий или оправдательный. В нашем случае вместо возможных за данное преступление 11 лет подсудимый получил 7.
Или возьмем другой пример. Дело о кражах . Подсудимый Б. - еще один наш "герой" - украл у одних старенький велосипед, у других - тоже не новые ватник, полушубок, брюки, ткань. Потерпевшие с заявлениями в милицию не обращались: одни посчитали, что бесполезно, все равно краденного не найдут, другие решили, что не стоит того старый велосипед. А парень все-таки оказался на скамье подсудимых. Чудо? А может быть, отличная работа милиции? Ни то и ни другое. Попался парень совсем по другому делу, в котором, как оказалось, замешан не был. Но, находясь в руках милиции, почему-то решил сообщить о том, что он совершил две кражи. Вот так, ни с того ни с сего, взял да и наговорил на себя. И только на основании его показаний было заведено уголовное дело, закончившееся судом. Невероятно было ожидать от парня такого высокого уровня гражданской сознательности. Дело здесь, наверняка, в другом, хотя на суде подсудимый об этом умолчал. На мой вопрос: "Почему Вы признались в совершенных преступлениях, не было ли на Вас давления со стороны работников милиции?", он ответил: "Хотел добровольно признать свою вину". И все тут. Может быть, дело обстояло несколько иначе, и наши предположения неверны, но, согласитесь, уж слишком все шито белыми нитками.

ПРОКУРОРЫ И АДВОКАТЫ
Несколько слов хотелось бы сказать о работе прокуроров и адвокатов. Сразу оговорюсь, что суждения основаны лишь на том, что видела и слышала в суде. У меня почему-то сложилось такое впечатление, что, присутствуя на процессе, и те, и другие (за редким исключением) как будто повинность отбывают. Может быть, им за это мало платят и отсюда та леность и какая-то отстраненность от происходящего? Может быть, поэтому они и на вынесение приговора не являются, хотя, как мне сказали, это положено делать?
Когда смотришь по телевизору какой-нибудь иностранный фильм, где есть сцены суда, то поединок представителей обвинения и защиты напоминают бой быков - азарт, эмоции. Или театр - интрига, роли, зритель. У нас же состязательность, к которой призывают, равняясь на "забугорье", отсутствует. Все так обыденно и вяло, как дома на кухне.
Вызвал удивление и профессиональный уровень некоторых из них. Я не специалист в юридических вопросах и делах, но когда адвокат, вместо того, чтобы защищать своего подзащитного, на глазах у всех явно "топит" его, это уже выше всякого понимания.
В связи с этим мне вспоминается суд, где интересы ответчика представлял частнопрактикующий адвокат. И хотя на этом суде я была лицом заинтересованным в исходе дела, не раз ловила себя на том, что забываю об этом, наблюдая за адвокатом. С профессиональной точки зрения его работа доставляла истинное наслаждение.
В каждом деле принято подводить итоги. Если подвести итог моей деятельности в качестве народного заседателя, то с моим участием к лишению свободы были приговорены трое подсудимых с общим сроком отбывания наказания 11 лет. За каждым осталось право обжалования приговора, так что цифра может измениться. Но не это главное. Главное в том, что любое преступление должно иметь свой логический конец - оно должно быть раскрыто, а совершивший его - понести заслуженное наказание. И чем профессиональнее будут работать все структуры правоохранительной системы, чем слаженнее будет эта работа, тем большее уважение и доверие заслужат они со стороны граждан, а у потенциальных правонарушителей поубавится желания нарушать закон.

Обсудить материал

Комментарии

Последние новости

Мнения