Почти как в Троице-Сергиевой лавре. Иконописец Евгений Антонов о принципах построения храмовой живописи

Чтобы стать хорошим иконописцем, необходимо… А что именно? Только ли талант художника, или готовность упорно трудиться, или же прекрасное знание приемов и техник? Исполнитель множества проектов храмовых росписей Евгений Антонов рассказал об этом «ОХ» в доверительной беседе. В числе его последних работ – роспись Троицкого храма Иверского  женского монастыря.

Художника Евгения Антонова в городе знают немногие. Но те, кто с ним пообщался в прошлом году в Орске, говорят: мастер своего дела. И этот мастер с командой творческих коллег расписывал Троицкий храм Иверского женского монастыря.

– С детства увлекался рисованием и живописью, – рассказывает иконописец. – Окончив художественную школу в Перми, поступил в Свердловское художественное училище имени Шадра. Получив диплом, продолжил обучение в Санкт-Петербургской академии художеств. Это были девяностые. В то время в России был настоящий религиозный бум. По всей стране появлялись новые приходы, из музейных запасников возвращали мощи святых. Люди тянулись к церкви. Я не стал исключением. И на волне этого интереса к православию решил стать иконописцем.

– Помните свой первый проект храмовой росписи? – интересуемся у собеседника.

– Это было в 1997-м, еще во время учебы в академии художеств. Мне предложили поработать художником в соборе Покрова Богородицы Зверин-Покровского монастыря в Великом Новгороде. Это второй по величине действующий новгородский собор, построенный на рубеже XIX – XX веков. Помогать расписывать его по-настоящему почетно! Мы с коллегами изобразили несколько основных сюжетов Нового Завета – Благовещение пресвятой Богородицы, и введение Богородицы во храм.

– Как оказались в Орске и почему принялись за роспись Троицкого храма?

– За 25 лет работы с Константином Золотаревым и Александром Рудичем мы расписали не один храм. За что бы ни брались, все получалось. Заказчики оставались довольны. Видимо, кто-то из них и рассказал о нашем коллективе духовнику Иверского женского монастыря протоиерею Сергию Баранову. В 2021 году он связался с Константином и предложил расписать Троицкий храм. Мы дали согласие.

– С чего начали работу и какие задачи стояли перед иконописцами?

– Мы замахивались на точную копию иконостаса Троицкого собора Троице-Сергиевой лавры. Долго размышляли, как претворить в жизнь задумку. Потом поняли, что сделать это нереально, ведь в Троице-Сергиевой лавре относительная эклектика, то есть смешение стилей. В течение веков иконостас храма неоднократно переписывался, дополнялся. Когда мы приступили к написанию того самого Рублевского иконостаса, стали повторять один в один. Это была ошибка. Дело в том, что верхний пророческий ряд там написан гораздо позже и совсем в другом стиле. Еще деталь: колорит Троицкого собора довольно темный из-за времени и копоти. Буквально копировать его невозможно.

Что касается задач, то мы хотели, чтобы храм получился цельным, все изображения достоверно изображали библейские сюжеты и были понятны прихожанам. Напоминаю, что в ранние времена живописное убранство служило для наглядного повествования Священной истории. Кроме того, оно помогало верующим настроиться на молитву, выполняя функцию окна в духовный мир. 

– Расскажите о творческом процессе.

– Придерживались традиционного иконописного стиля. Он заключается в отсутствии внешних источников света на изображении, плоских удлиненных лицах и символической цветовой гамме. Писали профессиональными акриловыми красками. Работы выполняли в два этапа согласно церковным канонам. Сначала алтарь, а потом – остальное. В куполе – Христос Пантократор (Вседержитель), в алтаре – Богородица и Евхаристия, а на стенах – святые и сюжеты праздников.

– А что кажется важным, интересным в современном церковном искусстве?

– В девяностые был достаточно простой подход к церковному искусству. Сейчас ситуация иная. Видимо, у людей появляется та самая насмотренность, новые возможности. В целом я вижу, что церковное искусство активно развивается в России. У нас при бережном отношении к традиции появляется много новых интересных решений росписей храма.

Иконы традиционно пишут на деревянных досках (липа, кипарис, ольха), покрытых специальным грунтом – левкасом. Красочный слой создается яичной темперой, а затем покрывается олифой. В качестве основы также используют доски с ковчегом (углублением) и паволокой (тканью).

На Руси иконописцы перед работой держали пост, очищались молитвой. За роспись храма брались только после причастия и благословения. Современные художники так уже не поступают. По словам Евгения Антонова, прежде чем брать кисти в руки, достаточно убрать из головы негативные мысли и настроиться на успешную работу. 

В традиционном иконописном стиле каждый цвет имеет свое значение. Золото символизирует божественный свет, красный – жертву, синий – небесную чистоту, белый – нетварный свет.

Фото предоставлено Иверским женским монастырем