Всего лишь грустный индекс…

Октябрь для четы Золотаревых получился золотым. Едва они отметили пятидесятую годовщину совместной жизни, как сын порадовал – у них, мол, родится долгожданный внук. Вне себя от счастья те закатили праздничный ужин, в разгар которого прилетела новость практически с золотым отливом. Через восемь месяцев платить им придется примерно почти на 20 процентов больше. За коммуналку.

Сергей Семеныч, глава семейства Золотаревых, встал со старенького продавленного дивана и доковылял до кухни после новости о том, что местные народные избранники утвердили максимальный индекс платы за коммунальные услуги. Причем самый большой по стране. Открыл кран холодной воды и буркнул:

– Эка невидаль! Будем платить больше за то, чего не видим!– и грустно ухмыльнулся в усы. 

Холодная вода тем временем грустно стекала вниз струйкой. 

– Пойду ванну наберу, пусть остывает, – тут же вздохнула Таисия Сергевна. 

Наполняли Золотаревы раз в пару дней ванну горячей водой, ибо холодной почти никогда не было. Или была, но в ту самую ниточку. 

– Надо за восемь месяцев этих намыться хотя бы на полгода вперед, – пробормотал их сын Иван. 

А сноха на продавленном от времени диване вжалась в пружины еще сильнее. Поняла, что нового дивана им тут теперь точно не видать. Как и отпуска на море. Там они ни разу не были. Зато сколько слышали о нем! От Сергея Семеныча и Таисии Сергевны. Те по путевкам в советские годы где только не путешествовали! Она закрыла глаза, представила пальмы, берег, чаек. И погладила живот:

– Надеюсь, ты, сынок, поездишь за нас по миру потом.

Сын их, кстати, должен родиться как раз к повышению тарифов. Они уверены, что это сын. Но если дочь, ничего страшного, тогда она наверстает упущенное.

Сергей Семеныч взглянул на сноху и все понял. Понял, что надо бы сделать молодым подарок к Новому году – расчехлить свою кубышку и дать сыну на поездку к морю. Тут хоть на пользу деньги пойдут, в противном случае придется тратить их в следующем году на коммуналку, потому что пенсии на все про все Золотаревым уже давно не хватает. Лекарства стоят столько, что впору сразу в ритуальном агентстве билет в один конец взять. Сергей Семеныч иногда даже представлял, как придет туда и скажет бодро:

– Мне – на все! 

На все сбережения то есть. Но сбережений, видимо, не будет, поэтому в тот вечер, наказав сыну со снохой взять горящий тур к морю, сказал жене:

– Под березой закопаете меня, если что. И костюма не надо. Иначе, если я первым помру, вам за коммуналку нечем будет платить.

Потому что пенсия у Сергея Семеныча больше, чем у Таисии Сергевны. Она свой стаж подтвердить так и не смогла: архив предприятия сгорел, вот и дают ей копейки. Только на ЖКУ хватает. А в следующем году и того может не хватит.

– Ну ладно хоть дети в первый и, может, в последний раз на море побывают, – грустно улыбнулась Таисия Сергевна, снова проверяя трубы в спальне. Тепло им до сих пор не дали по одному стояку. Но в 2027-м наверняка с отоплением будет лучше. На всю пенсию Золотаревых как проложат в городе новый трубопровод, да как пойдет тепло по трубам – закачаешься! А там, глядишь, и с водой холодной утрясется. Только на новые сети водоснабжения у Золотаревых пенсии уже не хватит. Придется с кого-то другого брать. Тот самый индекс. Всего лишь индекс. Грустный.

Иллюстрация из архива "ОХ"