Разместить рекламу, поздравление, соболезнование
можно по телефону(Viber, Whatsapp) 8-922-87-26-626

Черная кошка пробежала между соседями 4 года назад

От остановки “Улица Сорокина” до Елшанки недалеко - пешком минут 10, не больше. Сначала путь лежит мимо панельных пятиэтажек. Они похожи одна на другую и особого впечатления не производят. Зато потом картина резко меняется. Сразу за дорогой открывается пологий берег речки, поросший свежей травой. Слева устроились пацаны с удочками. Посредине мужик пасет коз. Их у него пять, все белые, чистые. Хозяин оперся на палочку, задумался о чем-то своем. Справа - мостик. Вода течет уже почти прозрачная. Тихо, спокойно на этой стороне, и места всем хватает. Противоположная не хуже. А для тех, кто живет на набережной улице, даже лучше. Из окон вид - словно нарисованный. Дома ухоженные, опрятные, с палисадниками. Оно и понятно - частная собственность подразумевает хороших хозяев. Словом, жить бы, да радоваться.- Мы купили эту хату в июле 1986-го. Она нам приглянулась с первого раза. И огород - тоже. Яблоки крупные спеют, малина наливается, район удобный, - вспоминает Татьяна Ивановна. - Мама одобрила наш выбор. Сходила к Елшанке, умылась. Хорошая, говорит, вода - мягкая. Царство ей небесное. И стали мы тут осваиваться потихоньку, ремонт затеяли, сарайчик перестроили. Соседи хорошими оказались. Дружили. Они - к нам, мы - к ним. Вместе дни рождения справляли, праздники. Спорили, бывало. Они вдвоем за Ельцина были, мы - за Советский Союз. Вот за этим самым столом. По субботам в их бане мылись, наша-то сгорела. В общем, не разлей вода. Как-то смотрим: сосед разбирает забор за нашим домом. Мы даже не знали, чей он. Однажды посидели вечерком, выпили. Муж вышел во двор провожать, а сосед говорит: ваш дом, мол, стоит на моей земле. Мой Семен отвечает: в любом случае расстояние в метр должно быть.
С тех пор между ними стала расти стена. День ото дня все выше и выше. Закадычные друзья перестали здороваться и узнавали о себе через третьи руки. Известия, большей частью нелицеприятные, касались то пропажи куста картошки, то нескольких морковок.
- В 1998 году я решила побелить наружную стену, - продолжает Т. Тарасова. - Только за дело принялась, сосед вышел: "Ты зачем залезла в мои владения?". Смотрю, возле нашего фундамента устроена настоящая помойка, течет оттуда, попадает в погреб.
Далее последовали шаги по восстановлению справедливости. Практические, непростые, но решительные и однозначные. О конфликте стало известно в милиции, земельном комитете, администрации города. В папке у Татьяны Ивановны много разных бумаг с ответами: из общественной приемной главного федерального инспектора по Оренбургской области, филиала областного центра инвентаризации и оценки недвижимости, договор купли-продажи дома, решение суда, который признал претензии Т. Тарасовой необоснованными. Кассационная жалоба в облсуд подтвердила правильность вынесенного вердикта. То есть исчезнувший забор, выходит, стоял незаконно со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Между тем, четыре года, прошедшие после начавшейся вражды, во взаимоотношениях между соседями ничего не изменили. Муж Татьяны Ивановны - Семен Михайлович - настроен решительно:
- Я не пойду через их ворота ремонтировать собственную стену, не стану кланяться и унижаться. А просто отобью доску в заборе. Или поставлю свой, пусть делают что хотят.
Противоборствующая сила тоже стоит на своем. Николай Петрович Сидоров глядит на соседские окна недобро:
- Никакой загородки здесь отродясь не бывало. Не знаю, за что меня по судам таскали и проверяли. Правда оказалась на моей стороне. Надо Тарасовым сделать ремонт или еще что, пусть скажут - впущу в калитку. Однако они демонстративно лезут с ведрами через крышу сарая, чтобы не обращаться ко мне. А еще в нашу баню ходили!
Враждующие семейства слушать тяжело. Теперь они вспоминают, кто кому помогал ремонтировать автомобиль, кто кого обеспечил навозом, какого числа услышал обидные слова, когда состоялся суд. Жизнь превратилась в настоящий кошмар, поскольку пребывать в постоянном недоверии, подозрении и ожидании новых неприятностей - сущая каторга. Хотя, если вдуматься, Тарасовы и Сидоровы обрекли себя на нее сами. Предметом раздора явился всего лишь метр территории, который большого значения не имеет. Не на Черноморском же побережье находимся в конце концов. Между тем, за узкой полоской земли кроются бессонные ночи, потрепанные нервы, обострение болезней.
Судебные инстанции, чиновники подошли к проблеме формально. Для них буква закона - на первом месте, что, в принципе, правильно. К сожалению, не принято во внимание самое главное - дальнейшее существование соседей. За четыре последних года счастливей они явно не стали. Зато здоровья убавилось значительно. Оно и понятно: ежедневно находиться бок об обок не просто со знакомыми, а еще вчера близкими людьми, отводить глаза и ощущать обоюдную неприязнь - для человека противоестественно. Многовековые традиции диктуют совсем иные правила поведения, которые живы и поныне. Плохо это или хорошо - тема отдельная. Но на Руси все трудности преодолевались сообща. Оттого и от врага лютого отбивались, и дома отстраивали после пожара, и от голода спасались. Потребность полагаться на ближнего, доверять ему - у нас на уровне врожденных качеств. Вспомним пресловутые бараки с общим коридором, коммуналки с одной ванной на всех. Отдельные квартиры мало что изменили. Стены не отгородили людей. Во всяком случае, нормальных, хороших, внимательных, участливых. Кто одолжит денег до зарплаты, даст спасительную таблетку, просто выслушает?
Улица, где живут Тарасовы и Сидоровы, имеет одну примечательную деталь. Дома с номерами сорок два и сорок шесть есть, а сорок четвертый отсутствует. Хозяйка одного из них, Нина Семеновна, объясняет:
- Соседу слева поначалу выделили два участка. У него изменились обстоятельства и он попросту подарил мне часть своей территории. Без всяких условий и договоров. Так-то вот. На том стоим, как говорится. Все видим, все слышим. Смотрю, уже одиннадцать утра - у соседки окна шторками закрыты. Иду справляться, не заболела ли. Меня долго на огороде не видно, она идет. Поблизости не так давно дом загорелся. Ребенка вынес из огня сосед.
Стало быть, все эти четыре года Тарасовы и Сидоровы обделяли в первую очередь себя, изменив здравому смыслу и житейской мудрости. Когда закончится противостояние, зависит не от забора, а от них.

(Имена и фамилии действующих лиц изменены).

Обсудить материал

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.